Как я могла годами верить человеку, который обкрадывал моих детей, пока я подкладывала ему лучший кусок пирога и сочувственно кивала его бесконечным жалобам на несправедливую судьбу?
Сейчас, глядя на то, как мой двоюродный брат Вадим мечется по залу аэропорта, пытаясь дозвониться до тех, кто уже давно заблокировал его номер, я чувствую только странное облегчение. Его бросили все: и его эффектная пассия с накачанными губами, ради…